Дорогие друзья! Пожалуйста, присылайте свои работы в журнал "Лексикон", и лучшие из них будут обязательно опубликованы. Благодарим тех, кто поделился  с нами своим талантом, спасибо читателям, приславшим письма в редакцию. Не существует авторов, которым не важна оценка читателя. Поэтому, пожалуйста, не забудьте прислать свой отзыв о прочитанном на электронный адрес журнала: interlx555@gmail.com. Ознакомиться с условиями Конкурса можно здесь. Всем удачи!

НАДЕЖДА МАРКОВА, Лавры, Пск. обл. Об авторе пишет её сестра:
"Маркова Надежда Викторовна родилась в маленькой российской деревушке Лужки на Новгородчине. По профессии – зооинженер. Обожает лошадей... Стихи начала писать сравнительно недавно. К настоящему времени в поэтической копилке сестры свыше двухсот стихотворений  разных жанров: элегии, послания, романсы, песни, баллады, легенды и поэмы..."

 

Старый конь

Косым лучом дырявое окошко
Пронзает  тёмный старенький навес.
Свисает крыша. Голубым горошком
В щелях мелькают отблески небес.

Сырой соломы плесневелый запах;
Навоза затхлый перепрелый дух;
В углах косматой паутины лапы
Сжимают жирных обнаглевших мух.

Ведро без дна  - и смотрит  сиротливо;
Висит на брёвнах  тонкая супонь.
Понуро свесив путаную гриву,
Стоит забытый постаревший конь.

Он головой качает монотонно,
Как  будто хрупкий маятник часов,
Лишь иногда поглядывая томно
На запылённый старенький засов.

Подёрнув дряблым и отвисшим брюхом,
Хвостом обдав ребристые бока,
Вдруг повернулся полинялым ухом
На лёгкий скрип дверного косяка.

Питают сердце, возрождают силу
Лавина света, аромат лугов…
Тупая боль!.. И кровь застыла в жилах…
А где-то рядом – звук чужих шагов.

 

Сон наяву

Часто вижу во сне, как росу осыпая,
Я летаю по лугу на мокром коне.
Я кричу в небеса, а луна золотая,
Соря брызгами звёзд, улыбается мне.

Я цепляю руками волнистую гриву,
Прижимаю ногами крутые бока;
Задрожав и косясь на меня боязливо,
Конь взмывает стремительно под облака.

Он, пронзая небесный сиреневый полог,
Облаков разгоняет воздушный туман,
Согревая дыханием сумрачный холод,
Рассекает  копытами млечный обман.

Звёзды хлещут в глаза, я от боли бледнею,
Ветер дует в лицо, охлаждая мой пыл.
Я ласкаю коня, обнимая  за шею,
Осыпая с волос серебристую пыль.

Я надрывно кричу, я его умоляю;
Стынет кровь, подбирается к сердцу мороз.
Я рыдаю во сне и, дрожа, просыпаюсь,
Зажимая в руке прядь блестящих волос.

 
Рябина

Припаду головою к рябине
И покрепче её обниму,
А прохладные гроздья рубинов
Прикоснутся к плечу моему.

Пожалей, дорогая подруга,
Обними и утешь как-нибудь,
Потеряла я верного друга,
Давит боль безутешная грудь.

Я склоню пред тобою колени,
Поцелую листочки твои,
Жжёт огнём мою душу измена,
Протяни мне объятья свои.

Как теперь позабыть, я не знаю,
Те глаза, как сиянье реки.
В безысходной тоске погибаю,
Прижимая к губам васильки.

Отдохну от тяжёлого плена,
Омывая слезами лицо,
На зелёную руку надену
Золотое в алмазах  кольцо.

Облака

Будто лебеди  белой сплошной чередою
Обнимают друг друга, цепляя бока;
Купол неба лаская седой головою,
В вышине потихоньку плывут облака.
 

Лунатик

 

Ночь темна. И трава сырая,

Как блестящая мишура.

В чёрном небе луна шальная

Сорит блёстками серебра.

 

Всё утихло в одно мгновенье,

Будто раньше не спало век.

И как призрачное виденье,

На окне застыл человек.

 

Крепкий стан и прямые плечи,

Он как дуб на крутой скале,

Мрачный демон на крыльях ночи,

Как потухший маяк во мгле.

 

Колдовское луны сиянье,

Разорвав лучом темноту,

Словно лестницы изваянье,

Манит ласково в высоту.

 

Он не в силах порвать оковы,

Неизведанной целью влеком.

Чуть дыша и не молвя ни слова,

Вскинул руки перед окном.

 

Так взирая завороженно

На небесную красоту,

Потянулся непринуждённо

И легко шагнул в темноту.

 

 

Здесь наш дом

Россия резко ухнула в разруху,
За окнами насупилась гроза,
Пришла нужда – убогая старуха,
Кривлялась, насмехаясь мне в глаза.

Бессонница кровавыми очами
В ночи смотрела на меня в упор,
Судьба-злодейка острыми зубами
Трепала мой поношенный подол.

Я в поисках работы и покоя
Блуждала тихо, Господа моля.
И наконец-то встала предо мною
Святая и Великая Земля.

Я, на неё взглянув завороженно,
Глаза утёрла стареньким платком.
Моя душа вздохнула облегчённо
И тихо прошептала: «Здесь наш дом».

Скажи, Господь…

Страна взросла  из векового мрака,
Звонят по всей земле колокола,
Взывают север, юг, восток и запад:
- Всевышнему, Всевышнему хвала!

Заутрени, обедни и вечерни…
От стариков, и взрослых, и детей
Всеобщая любовь и восхищенье.
Но зло пирует на земле моей.

По всей отчизне скорбные могилы
Погибших  в прошлом дедов и отцов.
Скажи, Господь, зачем чужою силой
Берёшь на небо нынешних юнцов?

Их матери, омытые слезами,
От непосильной горести своей
Склоняются над чёрными гробами
Убитых на чужбине сыновей.

Гуляет смерть от края и до края;
Ты  наш Отец, мы все Твои птенцы!
Тогда зачем брат брата убивает
И в сыновей стреляют их отцы?

К тебе, Господь, взываю с упоеньем:
Дай мира людям, дай земле покой!
Пошли рабам Твоим благословенье,
Мы ж склонимся всем миром над Тобой.

 
Старый конь

Косым лучом дырявое окошко
Пронзает  тёмный старенький навес.
Свисает крыша. Голубым горошком
В щелях мелькают отблески небес.

Сырой соломы плесневелый запах;
Навоза затхлый перепрелый дух;
В углах косматой паутины лапы
Сжимают жирных обнаглевших мух.

Ведро без дна  - и смотрит  сиротливо;
Висит на брёвнах  тонкая супонь.
Понуро свесив путаную гриву,
Стоит забытый постаревший конь.

Он головой качает монотонно,
Как  будто хрупкий маятник часов,
Лишь иногда поглядывая томно
На запылённый старенький засов.

Подёрнув дряблым и отвисшим брюхом,
Хвостом обдав ребристые бока,
Вдруг повернулся полинялым ухом
На лёгкий скрип дверного косяка.

Питают сердце, возрождают силу
Лавина света, аромат лугов…
Тупая боль!.. И кровь застыла в жилах…
А где-то рядом – звук чужих шагов.