ВЛАДИМИР ЯЧМЕННИКОВ, бывший детский врач, работавший после окончания института в Сибири, затем в подмосковном детском доме, а позже открывший собственную клинику по иглоукалыванию. Пишет стихи и прозу, является лауреатом сетевого поэтического конкурса и автором многочисленных рассказов. В настоящее время живет и работает в США, в г. Чикаго.

СНЕЖАНА

После окончания мединститута меня по распределению погнали в Сибирь. И с разбегу запихнули главным врачом в деревенскую больницу. Буквально на второй неделе своего главенства, изучая план работы на следующий год, я обратил внимание на графу «Повышение рождаемости». Оказывается, теперь уже я, как главарь больницы, обязуюсь в следующем году поднять рождаемость на NN процентов. Я внимательно перечитал сию позицию и позвал старшую медсестру.

− Тань, начальственным голосом вопросил я, - что это за ерунда такая? И ткнул пальцем в план работы. − Это как же это я буду повышать э-эээ… рождаемость? У меня жена, пока еще живая, да и я сюда, вроде, не быком производителем приехал. Поясни-ка, может это просто так полагается писать? Типа, наша больница тоже участвует в соцсоревновании «партия наш рулевой» и прочая…

− Ой, да Владимир Витальевич, всё очень просто. Берете бутылку, идете к главному энергетику, и он ближе к вечеру отключает свет по всей деревне. Вот так раза три в месяц и делайте. Истинный крест, через 9 месяцев детишки сыплются, складывать некуда!

Очень я ее словам удивился, но виду не подал. Знал бы я, что буквально через год в районе на меня будут показывать пальцем и шептать: Вот это тот самый врач, который всю больницу в декрет отправил. У него даже бесплодные рожают!

Так, в принципе, оно и случилось. Именно через год я остался в больнице с тремя санитарками, явно вышедшими из детородного возраста, и конопатой, пузо к носу, фельдшерицей Валей, той самой, которая доселе считалась бесплодной. Доказывать, что я не тот самый бык, было бесполезно, да я и не пытался. А случилось вот что.

Тогдашнее правительство издало указ, по которому женщины могут сидеть дома с ребенком не до года, как было, а до трех лет. Девчонки у меня работали молодые, резвые, ну и начали рожать одна за другой. Вот и все дела. Лично я тут ни при чем совершенно. А вот случай с Валей особый. Собственно, про нее я как раз и хотел рассказать.

Фельдшер в деревне – правая рука врача, подружились мы с ней быстро, но я заметил, что примерно раз в месяц она приходит на работу с опухшим лицом. Начал потихоньку интересоваться – в чем тут дело. Оказывается, она плакала горючими слезами, когда к ней в очередной раз приходили месячные.

Уже и муж коситься начал, и по деревне слушок понесся, что, мол, не может Валька зачать. Как шелест ветра по камышам − бесссссплоооодная-ааааа! Ш-шшшшшш… А когда все ее подружки забеременели, кое-кто и по второму, и даже по третьему разу, Валюшка вообще с лица спала. Горюет целыми днями – забьется в уголок и плачет.

И вот как-то раз, помню, была пятница, заходит она ко мне в кабинет и вся в слезах: Виталич, ну помоги хоть ты мне! И прям чуть не истерика с ней делается. На стул я ее посадил, налил воды, постучала Валя зубами по стакану, отпила глоток, немного успокоилась, сникла. Сидит.

Ну, я чешу в затылке, что ж делать? Ты врач, ты и решай! И взялся я ее расспрашивать – что да как. Я уже знал, что обследовалась и она, и ее муж. Ничего такого особенного у них не нашли. Парочка крепкая, здоровая − сибиряки потомственные. Почти год живут, а детей нет. Ну, что делать?

− Валь, говорю, - давай, как на духу: как часто ты с ним спишь, все ли получается и пр. И вот тут началось самое интересное!

Я, вообще-то знал, что муж у нее где-то учится, но подробности обычно пропускал мимо ушей. Оказалось, что учится он в райцентре, в понедельник утром уезжает туда на автобусе, всю неделю живет в городе, а в пятницу вечером возвращается к своей ненаглядной. Ну и тогда, как говорится, они вовсю пытаются сделать себе наследника. У меня зашевелились первые сомнения – да, что-то нечасто работает фабрика воспроизводства.

И я задал ей вопрос, за который мне до сих пор ни капельки не стыдно!

− Валь, а вот когда твой Саня приезжает, что он делает в первую очередь?

Она подняла на меня изумленное лицо и ответила: Понятно что − в баню идет! Помню, еще покачала головой, мол − что ж ты, доктор, такие глупые вопросы спрашиваешь? Нафиг он мне грязный, в городской пыли-то нужен.

Стыдно признаться, но в тот момент я, наверное, дико подпрыгнул, а может, даже и вприсядку пошел чесать по своему кабинету. Валя было сорвалась со стула, но я ее изловил, вновь припечатал к стулу, сел напротив и стал рассказывать.

Немножко отвлекусь, уважаемый мой читатель. Еще в студенчестве я специально изучал противозачаточные средства. Для себя. Скажем по научному – в силу некоторых физиологических особенностей собственного организма. Ну, нужно мне это было, просто позарез! Даже блокнот специальный завел.

С Валей я, понятно, в подробности не вдавался, а только рассказал ей, что существует интересный способ предохранения от нежелательной беременности. Способ придумали китайцы, и заключается он в том, что мужчина принимает очень горячую ванну, в течение довольно длительного времени. Минут 40, а то и больше. Вышедши из ванной, большинство мужчин становятся как бы стерильными, причем не на час-два, а на сутки-двое. Связано это с тем, что для нормальной работы полового аппарата мужские яички должны иметь температуру несколько ниже температуры тела. Если же их нагреть, например, принимая общую ванну или сходив в БАНЮ…

Тут Валя, не дослушав до конца, убежала, как будто за ней кто-то гнался. Автобус из города идет – догадался я. В тот день, как я заметил по отсутствию дыма над трубой, баню они вообще не топили.

Ровно через 9 месяцев Валя родила свою долгожданную Снежану. Жаль, что Валин муж Саня со мной потом так ни разу и не поздоровался. Уж не знаю, что ему в голову взбрело. Ну, это его личное дело.

 

© Copyright 2006 MS School ~ 8340 Lincoln Ave. Suite 100A Skokie, IL 60077 ~ 847-679-5576 ~ interlx555@gmail.com